Желание это: Желание — Википедия – Значение слова ЖЕЛАНИЕ. Что такое ЖЕЛАНИЕ?

Желание - это... Что такое Желание?


 Желание

 ♦ Desir

   Потенциальная способность наслаждаться или действовать. Не следует смешивать желание с нуждой, которая отнюдь не является крахом, пределом или неосуществимостью желания. Желание как таковое не нуждается ни в чем (нужду вызывает не способность, а неспособность к чему-либо). Разве для того, чтобы проголодаться, обязательно испытывать нужду, т. е. невозможность получить пропитание? Это означало бы смешение голода, который представляет собой страдание, и аппетита, который является силой и одновременно удовольствием. Разве для любовного желания обязательно длительное воздержание? Это означало бы смешение фрустрации, т.


е. несчастья, и потенции к любви, т. е. счастья и везения. Вопреки утверждению Платона, желание – не ощущение нехватки чего-либо («Пир», 200), но потенция – способность к наслаждению и потенциальное наслаждение. Его актуализацией является удовольствие; его судьбой – смерть. Желание – это живущая в каждом из нас движущая сила; наша способность существовать, как говорит Спиноза, чувствовать и действовать. Принцип удовольствия, если верить Фрейду, вытекает из его определения.


   Как пишет Аристотель, к желанию относятся влечение, храбрость и воля. Следует добавить сюда же любовь и надежду. Действительно, как поясняется в трактате «О душе», желание (стремление) представляет собой нашу единую движущую силу: «Ум же, совершенно очевидно, не движет без стремления», тогда как желание «движет иногда вопреки размышлению» («О душе», книга II, глава 3 и книга III, глава 10). Впрочем, разве не очевидно, что нами движут любовь и надежда? Следовательно, движущее едино – это способность стремления как таковая, поскольку мы желаем быть своим «собственным движителем» (там же, книга III, глава 10).

   Спиноза, определявший желание как «осознанное влечение» (из чего следует, что бывают и неосознанные влечения), подчеркивал недостаточность этого определения: «Будет ли человек сознавать свое влечение или нет, влечение остается все тем же» («Этика», часть III, теорема 9, схолия и «Определение аффектов», 1, Объяснение). Поэтому подлинное определение, в равной мере относящееся и к желанию, и к влечению, будет звучать следующим образом: «Желание есть самая сущность человека, поскольку она представляется определенной к какому-либо действию каким-либо данным ее состоянием» (там же). Это воплощенная в человеке форма conatus’a (стремления к самосохранению), а тем самым – принцип всяких его усилий, побуждений, влечений и хотений, которые «бывают различны сообразно с различными состояниями человека и нередко до того противоположны друг другу, что человек влечется в разные стороны и не знает, куда обратиться» (там же). Спиноза также понимает желание как единственную движущую силу – это та сила, которую мы являем собой или результатом которой являемся, которая пронизывает, составляет и одухотворяет нас. Желание – не акциденция и не одна из наших способностей. Это само наше бытие, рассматриваемое в его «способности к действию», иначе говоря, «в силе его существования» (agendi potentia sive existendi vis; часть III, Общее определение аффектов). Что из этого вытекает? Что стремление к уничтожению желания абсурдно или смертоносно. Мы можем лишь трансформировать, направлять, а иногда – сублимировать свое желание, и именно такую цель преследует воспитание. Такова же, в частности, и задача этики. Речь идет о том, чтобы чуть меньше желать того, чего нет, или того, что от нас не зависит, и немного больше – того, что есть, или того, что зависит от нас, иными словами, чуть меньше надеяться и чуть больше любить и действовать. Этот путь ведет к освобождению желания от угрожающего ему небытия и к возможности раскрытия реальной действительности, частью которой оно является.


Философский словарь — М.: Палимпсест, Издательство «Этерна».
Андре Конт-Спонвиль.
2012.

желание — Викисловарь


Морфологические и синтаксические свойства

падежед. ч.мн. ч.
Им.жела́ниежела́ния
Р.жела́нияжела́ний
Д.жела́ниюжела́ниям
В.жела́ниежела́ния
Тв.жела́ниемжела́ниями
Пр.

жела́нии

жела́ниях

же-ла́-ни·е

Существительное, неодушевлённое, средний род, 2-е склонение (тип склонения 7a по классификации А. А. Зализняка).

Корень: -жела-; суффикс: -ниj; окончание: [Тихонов, 1996].

Произношение

  • МФА: ед. ч. [ʐɨˈɫanʲɪɪ̯ə]  мн. ч. [ʐɨˈɫanʲɪɪ̯ə]

Семантические свойства

Значение
  1. внутреннее стремление, влечение к осуществлению чего-либо, к обладанию чем-либо ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
  2. любовное влечение, вожделение ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы
  1. хотение
  2. вожделение, либидо
Антонимы
  1. нежелание
Гиперонимы
  1. состояние
Гипонимы

Родственные слова

Список всех слов с корнем «жел»
  • существительные: благожелательность, желание, желательность, пожелание

  • прилагательные: желанный, желаемый, желательный, благожелательный
  • глаголы: желать, желаться; возжелать, возжелаться, дожелать, дожелаться, нажелать, нажелаться, пожелать, пожелаться, пережелать, прожелать
  • наречия: желательно, благожелательно

Этимология

Происходит от глагола желать, далее от праслав. *želati, *želěti, от кот. в числе прочего произошли: ст.-слав. желати, желѣти (ἐπιθμεῖν, θέλειν), русск. желать, укр. желати, болг. желая, сербохорв. жѐљети, жѐли̑м, словенск. želéti, želím, др.-чешск. želet, želeji «жалеть», словацк. želeť. Форма на -ěti древнее, чем на -ati; родственно др.-греч. θέλω ἐθέλω «желаю», буд. θελήσω, аор. ἐθέλησα, φαλίζει, ̇θέλει (Гесихий). Нужно отделять от жаль и жале́ть. Ср. га́лить «желать». Использованы данные словаря М. Фасмера. См. Список литературы.

Фразеологизмы и устойчивые сочетания

Перевод

внутреннее стремление, влечение к осуществлению чего-либо, к обладанию чем-либо
  • Английскийen: wish, desire
  • Белорусскийbe: жаданне
  • Испанский

    es: deseo, gana, anhelo, voluntad

  • Итальянскийit: desiderio, voglia, richiesta
  • Казахскийkk: тілек, ықылас, ынтызар
  • Корейскийko: 희망
  • Курдскийku: xwestek
  • Латинскийla: voluntas ж.
  • Немецкийde: Wunsch м.
  • Нидерландскийnl: verlangen ср., wens м.
  • Турецкийtr: istek
  • Украинскийuk: бажання
  • Финскийfi: halu, tahto; toivomus
  • Французскийfr: désir, envie, volonté, souhait
  • Эсперантоиeo: deziro, volo

Анаграммы

Interrobang.svg Для улучшения этой статьи желательно:

  • Добавить пример словоупотребления для значения с помощью {{пример}}
  • Добавить все семантические связи (отсутствие можно указать прочерком, а неизвестность — символом вопроса)


  • Добавить хотя бы один перевод для каждого значения в секцию «Перевод»

Желание - это... Что такое Желание?


Мистерия чувств * Воспоминание * Желание * Мечта * Наслаждение * Одиночество * Ожидание * Падение * Память * Победа * Поражение * Слава * Совесть * Страсть * Суеверие * Уважение * Удача * Удовольствие * Успех

Добро * Вера * Верность * Юмор * Гордость * Доверие * Дружба * Красота * Любовь * Мир(отсутствие вражды) * Мужество * Надежда * Смех * Счастье

Зло * Бедствие * Боль * Враг * Гнев * Горе * Грех * Зависть * Измена * Ненависть * Несчастье * Обида * Ревность * Скука * Страдание * Страх * Трусость * Тщеславие

Желания -

Прежде чем сильно чего-то пожелать, следует осведомиться, очень ли счастлив нынешний обладатель желаемого.

-

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

Мешок желания не имеет дна. - Японская поговорка

Иметь возможность наслаждаться - лучше самого наслаждения. - Ж. Левис

Истинное наше наслаждение состоит в свободном владении самими собой. -

•Бюффон (Buffon)

Лишить сердце желаний - все равно что лишить землю атмосферы. -

•Бульвер-Литтон (Bulwer-Lytton)

Если бы все человеческие желания исполнялись, земной шар стал бы адом. -

•Буаст

Те, кто считает отсутствие денег худшим из зол, ошибаются: есть более невыносимое зло - это отсутствие желаний. - В. Шербюлье

Кто вечно желает, тот проводит свою жизнь в ожидании, а у кого нет желаний, тот ждет смерти. -

•Буаст

Желание того, чего у нас нет, разрушает пользование тем, что у нас есть. -

•Монтень (Montaigne)

Кто думает, что погасит свои желания, удовлетворив их, тот похож на безумца, который стремится погасить пожар соломой. - Персидское изречение

Исполнение самых сильных наших желаний часто бывает источником величайших наших скорбей. -

•Сенека (Seneca)

Кто не доволен тем, что имеет, тот не был бы доволен и тем, что хотел бы иметь. -

•Авербах Бертольд (Auerbach)

Желание -

Дайте человеку все, чего он желает, и в ту же минуту он почувствует, что это все - не есть все. -

•Кант Иммануил (Kant)

Там, где прекращается желание, прекращается и человек. -

•Фейербах Людвиг (Feuerbach)


Легче убить желание в зародыше, чем потом ублаготворять все вожделения, им рожденные. -

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

Соревнование - это желание чего-либо, зарождающееся в нас под влиянием того, что нам кажется, что другие желают того же. -

•Спиноза. Spinoza.

Недостаточно только желать: надо делать. -

•Гете (Goethe)

Желание и любопытство - два глаза, магически преображающие мир. -

•Стивенсон Роберт Льюис. Stevenson.

Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием. -

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

То, что всего желаннее, но недосягаемо, дороже уже достигнутого. -

•Джебран Халиль Джебран

У нас нашлось бы очень мало страстных желаний, если бы мы точно знали, чего мы хотим. -

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

Великая ошибка наша - это то, что мы не знаем, где остановиться, что мы не примеряемся к своему положению и, благодаря ненасытной жадности, теряем все, что имеем. -

•Берк (Burke)

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

В желании выражается сущность человека. -

•Спиноза. Spinoza.

Умеренность в жизни похожа на воздержанность в еде: съел бы еще, да страшно заболеть. -

•Ларошфуко (La Rochefoucauld)

Чего-то хотелось: не то конституции, не то севрюжины с хреном, не то кого-нибудь ободрать. -

•Салтыков-Щедрин М.Е

Законно молить Бога, чтобы он не дал нам впасть в искушение, но незаконно избегать тех искушений, которые нас посещают. -

•Стивенсон Роберт Льюис. Stevenson.

(Источник: «Афоризмы со всего мира. Энциклопедия мудрости.» www.foxdesign.ru)

ЖЕЛАНИЕ - это... Что такое ЖЕЛАНИЕ?


- первичный жизненный импульс, выступающий в качестве организующего начала как в поведении индивида, так и в жизни общества в целом. Широкое хождение в философии данное понятие получило благодаря психоанализу Несомненным вкладом в методологию исследования человека 3. Фрейдом явились провозглашаемые им: 1) первичность Ж. по отношению к потребности, 2) первичность воображения по отношению к опыту, 3) первичность бессознательного по отношению к сознанию. Фрейдовская концепция Ж. относится только к бессознательным Ж., закрепленным с помощью устойчивых и унаследованных с детства знаков. Бессознательное Ж. стремится осуществиться опираясь, по законам первичного процесса, на знаки, связанные с первым опытом удовлетворения. На материале сновидений Фрейд показал, как Ж. запечатлевается в компромиссной форме симптомов. Итак, Ж. связано с опытом удовлетворения, которое представляет собой первоначальный опыт внешнего вмешательства, снимающий у младенца внутреннее напряжение, порожденное потребностью. В дальнейшем оно продолжает направлять поиск объекта, приносящего удовлетворение. Опыт удовлетворения связан с "состоянием беспомощности", изначально присущим человеку Организм не способен на специфическое действие, которое могло бы подавить напряжения, связанные с притоком внутреннего возбуждения, - для этого нужна помощь другого человека.


Т. о., удовлетворение связывается с образом определенного объекта, а также с моторным образом рефлекторного движения, приведшего к разрядке. На ранней стадии человек еще не в состоянии осознать отсутствие реального объекта Образ, несущий слишком большую энергетическую нагрузку, порождает тот же самый "знак реальности", что и восприятие.


Опыт реального и галлюцинаторного удовлетворения составляет основу Ж. Источником Ж. выступает поиск реального удовлетворения, хотя оно строится по образу обычной галлюцинации. В "Толковании сновидений" Фрейд описывает опыт удовлетворения, вводя понятие "тождества восприятия", полагая, что субъект всегда ищет нечто тождественное тому восприятию, которое было некогда связано с удовлетворением потребности. При этом он различает потребность и Ж. Потребность порождается внутренним напряжением и удовлетворяется специфическим действием по нахождению нужного объекта. Ж. же неразрывно связано с "мнесическими следами", и его выполнение предполагает галлюцинаторное воспроизведение восприятий, превратившихся в знаки удовлетворения этого Ж. Поиск объекта в реальности всецело направляется этим отношением к знакам. Эта цепочка знаков порождает фантазирование как коррелят Ж

Фрейдовское "либидо" означает по латыни "желание". Под этим понятием он понимал энергию, являющуюся подосновой всех преобразований сексуального влечения в том, что касается его объекта и его цели. У К. Юнга понятие "либидо > используется в расширительном смысле и означает "психическую энергию" как таковую, присутствующую во всем что устремляется к чему-либо. Однако такая расширительная трактовка либидо сталкивается со следующим возражением: если эта энергия и "десексуализирована", то это лишь вторичный процесс, связанный с отказом от собственно сексуальной цели. Поскольку сексуальное влечение осуществляет давление, то либидо определяется как энергия этого влечения. Именно этот количественный аспект преобладает и в более поздней "теории либидо" с ее опорой на понятия нарциссизма и Я-либидо. Понятие "Я-либидо" было положено в основу либидинальной экономии (см. "Экономия"), ослабив тем самым субъективный аспект понятия "либидо". В работе "По ту сторону принципа удовольствия" Фрейд приходит к понятию Эроса как основы влечений к жизни, как стремления организмов сохранять целостность живой субстанции. Эросу противостоит Танатос - влечение к смерти  и разрушению Опираясь на биологический миф, Фрейд восстанавливает здесь субъективное измерение, которое поначалу было присуще понятию "либидо".

Ж. Лакан по-своему интерпретирует фрейдовское понимание Ж., выдвигая его на первый план в психоаналитическом учении. В связи с этим он сосредотачивается на строгом разграничении близких по духу понятий Ж. - "потребности" и "запроса". Потребность нацелена на особый объект и удовлетворяется этим объектом. Запрос всегда связан с обращением к другому человеку, даже в тех случаях, если устремлен на объект, поскольку за ним стоит просьба о любви. Ж. рождается в зазоре между потребностью и запросом; оно не сводимо к потребности, ибо не является отношением к реальному объекту, а есть отношение к фантазму; вместе с тем оно не сводимо и к запросу, властно навязывающему себя независимо от языка и бессознательного другого человека и требующему абсолютного признания себя другим человеком. Ж. - это то, что остается после запроса, когда он удовлетворен. Диалектика Ж. такова, что его удовлетворение может приводить к исчезновению самого Ж., т. е. первичного жизненного импульса; такое удовлетворение равносильно смерти, поэтому для поддержания жизни необходимо возникновение все новых и новых объектов Ж. Но подлинное Ж., по Лакану, обращено не на овладение этими объектами, а на стремление к слиянию с миром. Слиться с миром - означает получить признание с его стороны, быть любимыми другими людьми. Следовательно, подлинное Ж. человека состоит в том, чтобы его желал и в нем нуждался Другой: он хочет сам быть "объектом", которого не хватает партнерам по социальной коммуникации, хочет быть причиной "желания" с их стороны. Т. о., обнаруживается фундаментальная зависимость субъекта от окружающих его людей, от Другого, носителя "символического". Ж. оказывается заключенным в символическом, т. е. в языке. Лакан отмечает, что момент, когда Ж. становится человеческим, совпадает с моментом, когда ребенок рождается в языке. В этот момент субъект не просто справляется со своим лишением, принимая его, но возводит свое Ж. во вторую степень, ибо его действие разрушает тот объект, который оно само заставляет появляться и исчезать. Его действие негативизирует силовое поле Ж., становясь объектом для себя  самого. И объект этот, воплотившись в символическую пару двух элементарных восклицаний, говорит о происшедшей в субъекте интеграции фонем, чью синхроническую структуру существующий язык предлагает ему усвоить. Ребенок начинает включаться в систему конкретного дискурса своего окружения. Даже в одиночестве Ж. маленького человека успевает стать Ж. Другого, который над ним господствует. Символ с самого начала заявляет о себе убийством вещи; смертью этой увековечивается в субъекте его Ж.

Психоаналитический опыт заново открыл в человеке императив Слова - закон, формирующий человека по своему образу и подобию. Манипулируя поэтической функцией языка, этот опыт дает человеческому Ж. его символическое опосредование. Это позволяет понять, полагает Лакан, что вся реальность его результатов заключена в даре речи, " ибо лишь посредством этого дара пришла к человеку реальность, и, лишь совершая акт речи вновь и вновь, может он эту реальность сберечь. Именно против этих положений в дальнейшем выступили Ж. Делез и Ф. Гватгари.


По Э. Левинасу, Ж. возникает не из-за того, что индивидууму для поддержания своей жизни чего-то недостает. Ж. другого исходит от существа уже удовлетворенного и в этом смысле независимого, не желающего ради себя. В то время как потребность есть эгоизм, проформа самотождественности, присвоение мира с тем, чтобы совпасть с собой и достичь счастья, Ж. Другого существа, т. е. общительность, рождается в существе, у которого все в достатке. В этом Ж. Я устремляется к Другому, расшатывая тем самым самовластное отождествление Я с самим собою. Отношения с Другим проблематизируют меня, изымают и продолжают изымать меня из меня самого, раскрывая во мне все новые дарования. Желаемое не исполняет моего Ж., а углубляет его, как бы поит меня новою жаждою. Ж. являет себя как доброту, обнаруживая тем самым свою приверженность этике. Подлинное раскрытие Я, по Левинасу, возможно только перед абсолютным ликом Другого. Другого, который нуждается в нашем Другом в предельной своей обнаженности, чтобы исполнить свое Ж. и обрести смирение. Обнаженность лица Другого - это снятие покровов, отсутствие какого бы то ни было культурного украшения, отрешение, отстранение от своего облика в самых недрах порождения облика. Лицо входит в наш мир из совершенно чуждой сферы абсолютного. В своей предельности оно внеобычно, лишено всякого обычая, всякого мира. Нагота лица - это крайняя нужда и тем самым мольба в прямой направленности ко мне. Но эта мольба требовательна, это униженность с высоты. Его приход открывает этическое измерение. Другой окликает меня и, в своей обнаженности и нужде, объявляет мне свое повеление. Само его присутствие требовательно взывает к ответу. Я не просто осознает необходимость ответить; отныне быть Я - означает невозможность отстраниться от ответственности. И неповторимость Я заключена в том факте, что никто не может ответить вместо меня. Перед лицом Другого Я бесконечно ответственно. И не есть ли тогда воля в существе своем скорее смирение, нежели воля к власти?  Такое смирение не нужно смешивать с сомнительным отрицанием Самости. Это смирение того, кому "некогда" вернуться к себе, кто ничего не предпринимает для "отрицания" себя, кроме отречения в самом этом прямолинейном движении "дела" в бесконечность Другого. Ж. Делез и Ф. Гватгари провозглашают "имманентность машин желания великим машинам социальности" (см. "Шизоанализ"). Стремясь преодолеть лингвистическую парадигму исследования, философы считают, что Ж. способно непосредственно инвестироваться в жизнь и преобразовывать ее. Однако насколько непосредственно может выражаться Ж. в реальности - вопрос довольно сложный. У М. Фуко мы находим возражение такому способу решения проблемы. Согласно Фуко, Ж. не только опосредовано историей, но и может быть конституировано только в ней. В первом томе "Истории сексуальности" (которую мы предпочитаем переводить "Историей полов") он подчеркивает, что вопрос не в том, что пол связан с греховностью, а в том, как эта связь возникла. Иными словами, вопрос находится не в ведомстве биологии, а в ведомстве истории. Он задает вопрос: правомерно ли говорить об истории пола в терминах подавления? И своей целью ставит определение режима власти-знания-удовольствия, который поддерживает дискурс на человеческую сексуальность. Он задается вопросом о том, каким образом пол был подчинен дискурсу. А также стремится определить формы и каналы, которые власть использует, и дискурсы, которые она разрешает, чтобы осуществить индивидуальный подход к "формам" Ж. и удовольствия. Фуко показал, что техника власти зиждется прежде всего не на отказе, блокаде и аннулировании, а, напротив, на стимуле и интенсификации. Контроль над тем, что надо говорить, в пределах каких социальных отношений, начинается, по Фуко, с XVII в. Начало этому было положено движением Контрреформации, которая через свои властные дискурсы - католическую пастораль и таинство епитимьи - способствовала расширению границ исповеди тела. С этого времени строго предписывалось открывать в исповеди все инсинуации тела: все возможные Ж. и сладострастные фантазмы. Происходило перемещение понимания греха с самого акта на телесное возбуждение. Т. о., пол был взят под надзор, а Ж. трансформировалось в дискурс. К началу XVIII в. появились политический, экономический и технический стимулы говорения о поле. Причем не в форме теории сексуальности, а в форме анализа, количественных или каузальных исследований. При этом надо было речь вести (а не подавлять) о поле в терминах пользы, встроенности в общество и регулировании ради всеобщего блага. С XVIII в. при посредстве экономистов, демографов, педагогов, медиков и психоаналитиков создается четыре основных пункта пересечения власти и знания: 1) истеризация женского тела, насыщенного сексуальностью и наделенного "биоморальной" ответственностью за детей в пространстве семьи; 2) "педагогизация пола ребенка", наделенного противоестественной ранней сексуальностью; 3) воспитание ответственности брачных пар за производство потомства; 4) передача перверсивных удовольствий в ведение психиатрии. Этим 4 пунктам пересечения соответствуют четыре основных объекта познания: 1) женщина-истеричка; 2) мастурбирующий ребенок; 3) мальтузианская брачная пара; 4) перверсивный взрослый. Позднее Фуко отказывается от жесткой поляризации понятий "пола" и "сексуальности", полагая, что воздвижение этой оппозиции ведет назад к юридической концепции власти. Не отступая от принципов историзма, он постулировал идею пола как имманентного институту сексуальности, полагая, что то, что находится в корне этого аппарата, не может быть исключением пола, но является позитивной экономией тела и удовольствия. Идея о том, что пол находится в сердцевине всякого удовольствия и потому должен быть ограничен и подчинен порождению рода, имеет стоическое происхождение. Пол, благодаря воззрению стоиков, стал "моральным кодексом" удовольствия. Тогда как в восточных обществах с наследием эротического искусства интенсификация удовольствия стремится десексуализировать тела, на Западе систематизация удовольствия, согласованная с "законом" пола, дала начало целому институту сексуальности. Именно это заставляет нас считать, что мы "освобождаем" себя, когда легализуем всякое удовольствие. Проблема стоит так, что в настоящее время  надо нацеливаться не на десексуализацию, а на общую экономию удовольствия, не основанную на сексуальных нормах. По мнению Ж. Бодрийяра, сегодня все Ж., замыслы, императивы, все человеческие страсти и отношения абстрагируются в знаках и вещах, чтобы сделаться предметами покупки и потребления. Потребление можно считать характерной чертой нашей промышленной цивилизации, вступившей в эру информационного общества, когда знаки играют господствующую роль. При этом в понимании потребления необходимо отойти от его привычного значения как "процесса удовлетворения потребностей". Потребление - это не пассивное поглощение и присвоение, которое противопоставляют активному состоянию производства. Потребление есть активный модус отношения к вещам, к коллективу, ко всему миру. Потребление - это не материальная практика, оно не определяется ни пищей, которую человек ест, ни одеждой, которую носит, ни машиной, в которой ездит, ни речевым или визуальным содержанием образов или сообщений, но лишь тем, как все это организуется в знаковую субстанцию: "это виртуальная целостность всех вещей и сообщений, составляющих отныне более или менее связный дискурс". Потребление есть деятельность систематического манипулирования знаками. Традиционная вещь-символ (орудие труда, предмет обстановки, дом) опосредует собой некое реальное отношение или житейскую ситуацию; но такая вещь, соотнесенная с определенным поступком или жестом человека, не может потребляться. Чтобы стать объектом потребления, чтобы к ней испытали Ж., вещь должна сделаться знаком, т. е. чем-то внеположным тому отношению, которое она отныне лишь обозначает, - а стало быть, произвольным, но обретающим связность, т. е. смысл, в своей абстрактно-систематической соотнесенности со всеми другими вещами-знаками. Только получив определенное значение, вещи становятся объектом потребления. Из такого преображения вещи, получающей систематический статус знака, вытекает и одновременное изменение человеческих отношений, которые оказываются отношениями потребления.

С. А. Азаренко

Современный философский словарь. — М.: Панпринт.
В.Е. Кемеров.
1998.

Значение слова «желание» в 9 словарях


 Желание

 ♦ Desir

Потенциальная способность наслаждаться или действовать. Не следует смешивать желание с нуждой, которая отнюдь не является крахом, пределом или неосуществимостью желания. Желание как таковое не нуждается ни в чем (нужду вызывает не способность, а неспособность к чему-либо). Разве для того, чтобы проголодаться, обязательно испытывать нужду, т. е. невозможность получить пропитание? Это означало бы смешение голода, который представляет собой страдание, и аппетита, который является силой и одновременно удовольствием. Разве для любовного желания обязательно длительное воздержание? Это означало бы смешение фрустрации, т. е. несчастья, и потенции к любви, т. е. счастья и везения. Вопреки утверждению Платона, желание – не ощущение нехватки чего-либо («Пир», 200), но потенция – способность к наслаждению и потенциальное наслаждение. Его актуализацией является удовольствие; его судьбой – смерть. Желание – это живущая в каждом из нас движущая сила; наша способность существовать, как говорит Спиноза, чувствовать и действовать. Принцип удовольствия, если верить Фрейду, вытекает из его определения.

Как пишет Аристотель, к желанию относятся влечение, храбрость и воля. Следует добавить сюда же любовь и надежду. Действительно, как поясняется в трактате «О душе», желание (стремление) представляет собой нашу единую движущую силу: «Ум же, совершенно очевидно, не движет без стремления», тогда как желание «движет иногда вопреки размышлению» («О душе», книга II, глава 3 и книга III, глава 10). Впрочем, разве не очевидно, что нами движут любовь и надежда? Следовательно, движущее едино – это способность стремления как таковая, поскольку мы желаем быть своим «собственным движителем» (там же, книга III, глава 10).

Спиноза, определявший желание как «осознанное влечение» (из чего следует, что бывают и неосознанные влечения), подчеркивал недостаточность этого определения: «Будет ли человек сознавать свое влечение или нет, влечение остается все тем же» («Этика», часть III, теорема 9, схолия и «Определение аффектов», 1, Объяснение). Поэтому подлинное определение, в равной мере относящееся и к желанию, и к влечению, будет звучать следующим образом: «Желание есть самая сущность человека, поскольку она представляется определенной к какому-либо действию каким-либо данным ее состоянием» (там же). Это воплощенная в человеке форма conatus’a (стремления к самосохранению), а тем самым – принцип всяких его усилий, побуждений, влечений и хотений, которые «бывают различны сообразно с различными состояниями человека и нередко до того противоположны друг другу, что человек влечется в разные стороны и не знает, куда обратиться» (там же). Спиноза также понимает желание как единственную движущую силу – это та сила, которую мы являем собой или результатом которой являемся, которая пронизывает, составляет и одухотворяет нас. Желание – не акциденция и не одна из наших способностей. Это само наше бытие, рассматриваемое в его «способности к действию», иначе говоря, «в силе его существования» (agendi potentia sive existendi vis; часть III, Общее определение аффектов). Что из этого вытекает? Что стремление к уничтожению желания абсурдно или смертоносно. Мы можем лишь трансформировать, направлять, а иногда – сублимировать свое желание, и именно такую цель преследует воспитание. Такова же, в частности, и задача этики. Речь идет о том, чтобы чуть меньше желать того, чего нет, или того, что от нас не зависит, и немного больше – того, что есть, или того, что зависит от нас, иными словами, чуть меньше надеяться и чуть больше любить и действовать. Этот путь ведет к освобождению желания от угрожающего ему небытия и к возможности раскрытия реальной действительности, частью которой оно является.

желание - это... Что такое желание?


Нем.: Wunsch (иногда Begierde или Lust). - Франц.: dйsir. - Англ.: wish. - Исп.: deseo. - Итал.: desiderio. - Португ.: desejo.

• В фрейдовской динамике - один из полюсов защитного конфликта: бессознательное желание стремится осуществиться, опираясь, по законам первичного процесса, на знаки, связанные с первым опытом удовлетворения. На примере сновидений психоанализ показал, как желание запечатлевается в компромиссной форме симптомов.

• Во всякой общей теории человека есть основополагающие понятия, которые невозможно определить; к ним, несомненно, относится и понятие желания в концепции Фрейда. Ограничимся здесь несколькими терминологическими соображениями.

1) Отметим прежде всего, что французское слово desk не совпадает по смыслу и употреблению ни с немецким словом Wunsch, ни с английским словом wish. Wunsch - это прежде всего пожелание, сформулированное желание, тогда как dйsir предполагает вожделение, притязание (эти значения передают в немецком языке Begierde или Lust).

2) Фрейдовское понимание Wunsch яснее всего проявляется в теории сновидений, что позволяет отличить его от ряда сходных с ним понятий.

В наиболее развернутом своем определении желание связано с опытом удовлетворения (см. этот термин), вследствие которого "мнесический образ восприятия оказывается связан с мнесическим следом возбуждения, порождаемого потребностью. Как только заново возникает эта потребность, установившаяся связь порождает психический импульс к перенагрузке мнесического образа восприятия и даже к вызову самого этого восприятия, т.е. к восстановлению ситуации первичного удовлетворения; это побуждение мы и называем желанием; возникновение этого восприятия и есть «выполнение желания» (la). Такое определение требует нескольких пояснений:

а) Фрейд не отождествляет потребность и желание: потребность порождается внутренним напряжением и удовлетворяется (Befriedigung) специфическим действием* по нахождению нужного объекта (например, пищи). Что же касается желания, то оно неразрывно связано с «мнесическими следами»: его выполнение (Erfьllung) предполагает галлюцинаторное воспроизведение восприятий, превратившихся в знаки удовлетворения этого желания (см.: Тождество восприятия).

Это различие не всегда соблюдается Фрейдом; так, в некоторых текстах встречается составное слово Wunschbefriedigung.

б) Поиск объекта в реальности всецело направляется этим отношением к знакам. Именно цепочка знаков порождает фантазирование* как коррелят желания.

в) Фрейдовская концепция желания относится только к бессознательным желаниям, закрепленным с помощью устойчивых и унаследованных с детства знаков. Однако Фрейд не всегда использует понятие желания в том смысле, который подразумевается вышеприведенным определением; иногда он говорит, например, о желании спать, о предсознательных желаниях и даже порой считает результат конфликта компромиссом между «двумя исполнениями двух противонаправленных желаний, имеющих различные психические источники» (1b).

*

Жак Лакан попытался иначе понять фрейдовское открытие, сделав его основой именно желание и выдвинув это понятие на первый план в психоаналитической теории. При таком подходе Лакан вынужден был разграничить понятия, с которыми часто путают желание, а именно понятия потребности и запроса.

Потребность нацелена на особый объект и удовлетворяется этим объектом. Запрос формулируется и обращается к другому человеку; даже там, где он устремлен на объект, это не имеет особого значения, поскольку выраженный в слове запрос - это всегда, по сути, просьба о любви.

Желание рождается в расщелине между потребностью и запросом; оно несводимо к потребности, будучи в принципе не отношением к реальному объекту, независимому от субъекта, но отношением к фантазму; однако оно несводимо и к запросу, властно навязывающему себя независимо от языка и бессознательного другого человека и требующему абсолютного признания себя другим человеком (2).

Словарь по психоанализу. — М.: Высшая школа.
Ж. Лапланш, Ж.-Б. Понталис..
1998.

Желание - это... Что такое Желание?


    А/ЛЧНОСТЬ, жа/дность, ненасы/тность.

    Неудержимость в своих желаниях, стремлениях и т.п., желание сохранить что-либо только для себя.

    ЖЕЛА/НИЕ и ЖЕЛА/НЬЕ, жа/жда, за/мысел, мечта/, наме/рение, охо/та, пожела/ние, позы/в, стремле/ние, неодобр. аппети/т, высок. вожделе/ние, книжн. инте/нция, разг. хоте/ние.

    Внутреннее стремление, влечение к чему-либо, к достижению чего-либо, к обладанию чем-либо.

    ЖЕЛА/НИЕ и ЖЕЛА/НЬЕ, во/ля, пожела/ние, книжн. волеизъявле/ние.

    Произнесённое вслух, высказанное желание об осуществлении чего-либо для кого-либо.

    КАПРИ/З, при/хоть, причу/да, устар. привере/ды, разг. блажь, разг. выкрута/сы, разг. вы/чуры, разг. дурь, разг. фанта/зия, разг. фо/кусы, разг. шу/тки.

    Вздорное, необоснованное, своенравное желание, требование.

   разг. КАПРИ/ЗНИК, разг. капризу/ля, разг. привере/да, разг. привере/дник, разг. фо/кусник.

    Капризный человек, ребёнок.

\

    А/ЛЧНЫЙ, жа/дный, ненасы/тный, хи/щный, высок. а/лчущий.

    Страстно желающий чего-либо; проявляющий неудержимое стремление к получению чего-либо, к овладению чем-либо в большем, чем необходимо, количестве.

    ЖЕЛА/ННЫЙ, долгожда/нный, книжн. вожделе/нный.

    Страстно, горячо желаемый.

    ЖЕЛА/ТЕЛЬНЫЙ, жела/емый, необходи/мый, ну/жный, разг. потре/бный, тре/буемый, тре/бующийся, уго/дный.

    Соответствующий чьим-либо желаниям, интересам.

    КАПРИ/ЗНЫЙ, привере/дливый, прихотли/вый, устар. ломли/вый.

    Своенравный, своевольный, с постоянными капризами; выражающий каприз; вызванный капризами.

   разг. ОХО/ЧИЙ, разг. охо/тливый, разг. па/дкий.

    Имеющий сильное желание к обладанию чем-либо, пристрастие к чему-либо.

\

    ЖЕЛА/ТЬ чего, жа/ждать чего, сов. захоте/ть чего, мечта/ть о чём, сов. пожела/ть чего, хоте/ть кого-чего и что, с неопр.


ф., книжн. вожделе/ть что, книжн., сов. возжа/ждать чего, книжн., сов. возжела/ть чего и что, устар. алка/ть чего, устар., сов. взалка/ть чего, устар., сов. восхоте/ть чего, устар. охо/титься за чем.

    Испытывать какое-либо желание, охоту к чему-либо, ощущать потребность в чём-либо.

   сов. ЗАХОТЕ/ТЬСЯ, сов. загоре/ться, сов. пожела/ться, разг., сов. приспи/чить.

    О появлении, возникновении желания у кого-либо.

    КАПРИ/ЗНИЧАТЬ, привере/дничать, разг. фо/кусничать.

    Вести себя своенравно, капризно; быть капризным, выражая вздорное, своенравное требование.

    ПОБУЖДА/ТЬ/ПОБУДИ/ТЬ кого-что к чему и с неопр. ф., заставля/ть/заста/вить кого-что и с неопр.ф., сов. надави/ть на кого-что, склоня/ть/склони/ть кого-что к чему и с неопр. ф., несов. и сов. стимули/ровать кого-что и с неопр. ф., толка/ть/толкну/ть кого-что на что, к чему и с неопр. ф., шевели/ть кого-что и с неопр.ф., устар., сов. подви/гнуть кого-что к чему и с неопр. ф., разг. подта/лкивать/подтолкну/ть кого-что на что, к чему и с неопр. ф.

    Вызывать/вызвать у кого-либо желание сделать что-либо, воздействуя на кого-, что-либо.

    СОБЛАЗНЯ/ТЬСЯ/СОБЛАЗНИ/ТЬСЯ кем-чем, на что и без доп., сов. польсти/ться на что, прельща/ться/прельсти/ться чем, устар. льсти/ться чем, разг. клева/ть/клю/нуть на что.

    Склоняться/склониться к чему-либо, не устояв перед каким-либо желанием, влечением.

\

    ОХО/ТНО, с охо/той, с ра/достью, с удово/льствием.

    С большим желанием.

Словарь синонимов русского языка. - М.: АСТ, Астрель.
Под общ. ред. проф. Л.Г. Бабенко.
2011.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *